Сон наяву
"Почему не приходишь ко мне во сне?
Неужели так трудно проникнуть сюда извне?
Неужели не будет развязки прелюдий, прелюдий?
И даже во сне по-другому не будет? Не будет!"
(Ольга Пулатова «Во сне»)
Врач шел через захламленные трущобы, раскинувшиеся на окраине города близ устья реки, и подошвы его сапог вязли во влажной почве, оставляя за ним цепочку наполненных водой лужиц. «Непорядок», - недовольно подумал он, стараясь наступать в те места, где было посуше.
Внезапно какой-то посторонний звук заставил его оторвать взгляд от тропинки, и краем глаза он успел зацепить на другом конце переулка силуэт человека, сворачивающего за угол. Врача прошиб пот, до того этот силуэт показался ему знакомым. Он ускорил шаг и свернул вслед за прохожим. Фигура скрылась из виду в следующей подворотне, но на этот раз Врач успел разглядеть ее получше. Сомнений почти не осталось: это он. Да, на нем был плащ с капюшоном, скрывающим лицо, но эту походку – легкомысленную, слегка пританцовывающую, как будто человек был в легком подпитии – он бы узнал даже во сне. Врач еще ускорился и за следующим поворотом успел даже окликнуть человека по имени, однако тот не обернулся и снова ускользнул.
Врач продолжил погоню, поворот за поворотом, переулок за переулком, он уже бежал, с трудом преодолевая сопротивление болотистой почвы, но его знакомый каждый раз неизменно оказывался вне его досягаемости, и эта походка была все так же легка, как будто он, в отличие от Врача, шел не по илистой грязи, а по гладкому паркету. С каждым новым поворотом улочки становились все грязнее, все уже и запутаннее, преследователь то и дело натыкался на какие-то расставленные на земле горшки, путался в развешенном на веревке застиранном белье, в конце концов он обнаружил себя в темном подвале, в который угодил незаметно для себя.
Он уже готов был подумать, что окончательно упустил своего знакомца, но услышал гулкое эхо его шагов впереди и устремился дальше. Подвал наводил на него какой-то животный страх, но Врач упрямо шел вперед, несмотря на то, что стены будто бы сужались, а потолок становился ниже. Да, так оно и было, скоро Врачу уже пришлось пригибаться, а потом и вовсе ползти на четвереньках, недоумевая, как преследуемый с его ростом вообще смог тут пробраться. В конце концов, Врач чуть не застрял, невесть зачем протискиваясь в какую-то узкую темную щель. Кое-как освободившись, он без сил опустился на пол, пытаясь отдышаться и справиться с острым приступом клаустрофобии.
Впереди была лестница, и он заметил, как краешек черного плаща мелькнул на пролет выше. Не время рассиживаться! Врач вскочил и со всей возможной скоростью побежал по ступеням. Он преодолевал пролет за пролетом, сражаясь с внезапно навалившейся силой тяготения. Лестница становилась все круче, ступеньки каменным крошевом норовили рассыпаться под ногами. Кое-где пролеты и площадки были разрушены или как-то неестественно вывернуты вопреки законам физики и геометрии, и Врач перескакивал или карабкался через них, рискуя свалиться. В самом конце был головокружительный прыжок; едва удержавшись, он завис на руках над бездной. Подтянувшись из последних сил, он обнаружил, что его ждала награда.
На верхней площадке, задумчиво склонившись над пропастью, стоял человек в капюшоне. Врач тронул его за плечо, и тот обернулся. Капюшон упал, из-под него по плечам рассыпались темно-каштановые волосы. Это был он, Маг. До боли знакомые тонкие черты озарились улыбкой, из глубины серых глаз, от зрачка, блеснула солнечная искорка. Врач испытал непередаваемый коктейль из эмоций: облегчение, радость, негодование и даже страх – чего там только не было понамешано. Подчиняясь неудержимому порыву, он стиснул беглеца в объятиях, чтобы удостовериться, что тот состоит из плоти и крови.
Маг негромко вскрикнул. Врач отшатнулся и с ужасом увидел кинжал, торчащий у того чуть левее грудины. Его собственные, Врача, руки были в крови. Он несколько раз моргнул, чтобы разогнать пелену с глаз. Маг смотрел на него укоризненно и немного насмешливо. «Ты же врач. Так почему ты…» - мужчина не договорил, закашлявшись, так как у него кровь пошла горлом. Обмякнув, он упал прямо в пропасть и все падал, падал, падал… до тех пор, пока Врач не проснулся.
Уже год его мучил этот сон, но он никак не мог к нему привыкнуть, и каждый раз просыпался в холодном поту и с колотящимся сердцем. Иногда детали были иными: то он гнался за Магом на прохудившейся лодке по морю в десятибалльный шторм, то скакал на хромой лошади в чистом поле на краю ужасного урагана. Но чаще всего был этот, с лабиринтом улиц, подвалом и лестницей в конце. Он повторялся мало что не каждую ночь и сильно портил Врачу жизнь: ему даже пришлось уволиться с прошлого места работы, так как анатомический театр там был в подвале, слишком напоминающем тот, из сна. И какие только снадобья и ментальные техники он не перепробовал, чтобы избавиться от кошмара – ничего не помогало.
«Интересно, что все это значит?» - думал он, умываясь холодной водой. Запоздалое чувство вины? Или чертов колдун проклял его перед смертью? Впрочем, больше всего он склонялся к версии, что Маг вернулся из преисподней и являлся в его сны, исключительно чтобы ему досадить. Но больше всего Врачу не давала покоя незаконченная фраза. Он начал говорить ее и тогда, наяву, перед своей смертью. Что там должно было быть дальше? «… почему ты стал убийцей?» «… почему ты заставил меня мучиться?» Он ведь не попал тогда в сердце – рука дрогнула. … Ответа на этот вопрос он никогда не узнает.
***
Вернувшись вечером из госпиталя Врач понял, что что-то не так. Он не мог бы сказать конкретно, но чутье человека, долгие годы находившегося в бегах, подсказывало ему, что в его жилище кто-то проник. Он вытащил шпагу из ножен и, бесшумно открыв дверь, зашел внутрь. В его кресле у стола кто-то сидел, не шевелясь. Немного помедлив, и решив, что для убийцы сейчас было бы самое время напасть, а раз он не напал – то и не планировал, Врач зажег свет.
Он выронил бесполезную шпагу, и ноги его едва не подкосились, потому что в кресле, вот так просто, сидел Маг собственной персоной.
«Спокойно, спокойно! Это всего лишь очередной сон», – сказал себе Врач, затравленно озираясь по сторонам в поисках подтверждения. Но что-то было не так. Он никогда раньше во сне не мог понять, что спит. И где погоня? Где лестницы, подвалы, лабиринты? Почему он смог включить свет, ведь во сне у него это никогда не получалось. Его взгляд упал на зеркало, висевшее на стене напротив, и в нем он увидел свое бледное, но совершенно отчетливое отражение.
Он не без труда перевел взгляд на сидящего в кресле. Маг тоже выглядел необычно. Он всегда снился Врачу таким, каким он его и запомнил: с темными волосами ниже лопаток, одетым в долгополый расшитый серебром камзол. Сейчас же мужчина был одет по-походному: в кожаную куртку, плотные штаны и высокие сапоги. Коротко остриженные волосы растрепались легкомысленно и безумно – с этой прической он выглядел даже моложе, чем раньше. Сколько ему там должно быть сейчас, тридцать один? Тридцать два? Сидит и наблюдает за его реакцией, мерзавец. Врач нехотя встретился с Магом глазами. Все те же улыбчивые светлые глаза с солнечной искоркой у зрачка.
– Здравствуй, друг мой, давно не виделись, – разорвал тишину глубокий голос Мага, и Врач от неожиданности дернулся. Он говорил таким тоном, будто это просто рутина последних месяцев не позволяла им свидеться. Врач облизал пересохшие губы:
– Как ты… как ты… Как ты выследил меня? Как попал в мой дом? – это было, конечно, совсем не то, что он хотел спросить.
– Ты правда считаешь, что в этом для меня могло быть какое-то затруднение? – с долей презрения ответил Маг вопросом на вопрос.
Конечно, Врач так не считал. Если для него не стало затруднением выжить… но как? Он сам проверил, Маг был мертв. Может быть, это иллюзия, чья-то злая шутка? Или все то, что он подозревал о Маге было правдой, и тот и впрямь мог «отменить» свою смерть? А может, все-таки сон?
Плевать. Врач сделал шаг в сторону старого знакомого, но тут же уперся в острие направленного на него кинжала. Маг встал с кресла, всей своей позой выражая готовность дать отпор.
– Нет уж, дорогой друг. Давай сохраним некоторую дистанцию. Я еще помню, чем обернулись для меня твои объятия в нашу последнюю встречу, вероломный ты ублюдок, – последние слова он произнес со смаком, даже с чем-то похожим на гордость. Так учитель мог бы похвалить ученика, на котором давно поставил крест, за хорошо написанную контрольную. Врач вздохнул.
– Так много вопросов, но будут ли ответы? Ты снился мне все это время, – неожиданно для себя признался он.
– Правда? – спросил Маг, и его брови чуть заметно приподнялись, а уголки губ едва-едва дрогнули. Эта мимика могла бы остаться незамеченной кем угодно, но на Врача нахлынуло внезапное осознание.
– Это что. Твоих. Рук. Дело?! – потрясенно спросил он и по взгляду мужчины понял, что попал в самое яблочко. Его захлестнуло негодование, – Ты… Да ты…
Он прикрыл глаза и перевел дух. Маг наверняка осознаёт, какой он мерзавец, так стоит ли подкармливать его своими эмоциями?
– Ты пришел меня убить? – напрямую спросил он.
– Нет, зачем? – ответил Маг удивленно.
– Из мести, конечно.
– За что мстить? У тебя не было выбора, да и будем честны, я этого заслуживал. Так что я на тебя не в обиде.
– Зачем тогда издевался надо мной все эти месяцы?! Зачем насылал кошмары? – возмущенно воскликнул Врач.
– Потому что ты сам считал себя виноватым и тебе нужно было наказание, - пожал плечами Маг. – По правде сказать, большую часть своих кошмаров генерировал ты сам. Я только так, дергал за кое-какие ниточки. К тому же, я раньше еще не пробовал это заклинание. Оно оказалось таким занимательным, трудно было остановиться; интересно было понаблюдать за тобой, поэкспериментировать с теми или иными образами. Почему-то наибольший эмоциональный отклик получили подвал и лестница, ты к ним постоянно возвращался… Ну и еще это был своего рода способ «пообщаться» с тобой.
Последняя фраза была где-то даже трогательной, и Врач смирил свое негодование. Маг был очень умным человеком, но некоторые вещи оставались для него недоступными. В прежние времена Врач раз за разом с переменным успехом пытался втолковать ему концепции милосердия, эмпатии, этики и прочих бесполезных с точки зрения Мага вещей. Сейчас это было ни к чему.
– Два года прошло, два года! Зачем ты возник спустя все это время? – сурово спросил Врач.
– А ты думал, воскресать так просто? Сегодня твои друзья справляют по тебе тризну, а завтра уже пьют в кабаке за твое здоровье?
– Нет у тебя никаких друзей, – отрезал Врач. Скорбно поплывшие вниз уголки губ Мага выглядели почти правдоподобно.
– А как же ты? – неизвестно, была ли надежда, прозвучавшая в голосе Мага, искренней, но Врачу было приятно тешить себя иллюзией, что он тоже может причинить ему боль. Он не ответил.
– Как ты выжил? – резко перескочил Врач на интересующую его тему.
– Нет уж, дорогой мой, эта информация не для тех, кто совал мне «перо под ребро», - усмехнулся Маг. Что ж, попытаться стоило.
– Я спросил тебя, что тебе от меня понадобилось. Наверняка же дело не только в желании поиздеваться?
– Почему ты так несправедлив ко мне? – оскорбился Маг. – Почему ты не думаешь, что я мог просто соскучиться по своему доброму другу? Помнишь, как нам было весело? Забыл, как мы собирались вместе отправиться в путешествие? Я вот не забыл.
Врач тоже не забыл свои наивные чаяния от этого предполагаемого путешествия. Как ему не терпелось вернуться к свои скитаниям, на этот раз не одиноким. Путь к тайной библиотеке давно забытого культа, на которую много лет назад случайно наткнулся Врач – вот что Магу нужно. А, пусть его, лучше заколет прямо сейчас, решил Врач и, сделав шаг вперед, стиснул Мага в объятиях, чтобы все-таки убедиться, что он из плоти и крови.
На этот раз никто никого не заколол. Значит, не сон? Конечно, всё были пустые угрозы: мгновенное убийство, здесь, сейчас – это было бы совсем не в стиле Мага. На ощупь он был слишком плотным для призрака, недостаточно холодным для зомби и все-таки не таким тощим, как мумия. Он был жив, и Врач об этом наверняка совсем скоро пожалеет, но сейчас… Коктейль эмоций, совсем как во сне, накрыл его. Он несколько раз моргнул, чтобы разогнать пелену с глаз. Маг оттолкнул его от себя, посмотрел укоризненно и немного насмешливо.
- Ты же врач. Так почему ты такой сентиментальный идиот?
